Авторизация
В продаже - № 4(84) 2018
Тест-драйв
>

 

 

 

ЗберегтиЗберегти

 

Поиск по журналу
Настройки поиска:
в номере:
по рубрике:
тема:
статьи автора:
Фастнет 2007 – на пределе
Тема: ------; Автор: oio; Страница в журнале: 0;

«Бешеная, ломающая яхты и по-настоящему вселяющая ужас» – так описывали в этом году видавшие виды яхтсмены штормовую Фастнетскую регату. У многих она воскресила воспоминания о гонке-катастрофе 1979 года… Был установлен и новый рекорд времени прохождения петли Каус–Фастнетская скала–Плимут.

Старт гонки Rolex Fastnet Race был запланирован на 12 августа, в воскресенье. Но накануне морской бриз почти утих и флаги в яхт-клубе Кауса лениво обвисли. Неожиданно представители Королевского океанского гоночного клуба (RORC) объявили, что старт откладывается… Это было как гром с ясного неба. На собрании капитанов Крис Тибс, эксперт-метеоролог, предупредил о приближении холодного фронта, но, что более опасно, недалеко в Атлантике зарождалась новая депрессия. Если она объединится с депрессией, развивающейся к северу, то возникнет мощный шторм, который ударит по участникам гонки где-то между мысом Лэндс-Энд и Фастнетской скалой. С вероятностью 60% ожидался ветер силой 8 баллов по Бофорту, 10% – 9 баллов и значимый шанс на ещё большее усиление при дальнейшем усилении депрессии. Коммодоры RORC решились на беспрецедентный шаг –впервые за более чем 80-летнию историю гонки отложить старт на 25 часов. Если бы яхты стартовали раньше, то встретили бы разбушевавшуюся стихию слишком далеко от берега, укрыться уже не представлялось бы возможным. Но стартовать, продолжать ли гонку или уйти с дистанции – личная и полная ответственность капитана яхты. В этот день мотивы строгости гоночного комитета не обсуждались: никто не хотел повторения трагедии 1979 года.
Старта дождались не все. Капитаны четырёх французских 60-футовых тримаранов ORMA, имеющих печальную историю штормовых гонок, решили не рисковать и вернуться во Францию.
Пока старт откладывался, некоторые члены экипажей выбывали с яхт по разным причинам. Им на смену приходили новые искатели приключений. Ирландцу Геру О'Рурку, владельцу Chieftain (проект Cookson 50 с качающимся килем), также пришлось в общем ажиотаже срочно добирать нескольких матросов.
Утром в понедельник погода была тёплой и солнечной, ветер юго-западный, всего 15 узлов. Стартовала двести семьдесят одна яхта. Последним стартовую линию пересёк 30-футовый тримаран Пита Госса – лёгкая, меньше тонны весом, «морская повозка» неслась навстречу шторму.
В районе Херст Пойнт волнение стало усиливаться, отлив породил стоячую волну и водовороты. Начиналась болтанка.
С наступлением темноты, пока яхты лавировались к западу, пришёл тёплый фронт с дождём и снижением видимости. Вскоре ветер отошёл и многие участники смогли идти одним галсом, но было сыро, кромешная тьма и порядочное волнение. Ветер усиливался, пока не достиг 35 узлов, с порывами до 40. Однако не ветер, а именно состояние моря было более удручающим и соответствовало силе ветра гораздо большей силы. Волны шли короткие, крутые, с глубокими колодцами впадин, неразличимых во тьме. По словам Алекса Томпсона (60-футовик Hugo Boss): «Казалось, что вы несётесь на раллийной машине по жуткой грязюке, не разбирая колеи, ночью, под проливным дождём, а стеклоочистители и фары не работают…».
После залива Лайм море стало ещё неспокойней. Тяжёлая морская болезнь подкосила многих яхтсменов. Около двух ночи помощь запросил 53-футовик Александра Куликова Anna, потерявший мачту. Подошедший спасатель подождал, пока на Anne подберут такелаж, и взял её на буксир курсом на Бриксгем. В четыре часа утра мачту потеряла Jambalaya, проект J-105, с неё докладывали о восьмибалльном шторме. Сошла с дистанции с порванным гротом и 98-футовая макси Alfa Romeo и 60-футовики Artemis и Aviva. А Питер Госс на своей сумасшедшей «повозке» нёсся с невероятной скоростью и уже к 11.00 утра следующего дня оказался 12-м. Однако идти в Ирландское море было равноценно самоубийству. На 16 узлах под одним стакселем Питер Госс подлетает к Плимуту, прекратив гонку и присоединившись ещё к 93-м решившим не испытывать судьбу капитанам – хорошая морская практика. Все порты вдоль южного побережья Англии встречали яхты, ищущие убежища от жёсткого шторма или идущие залечивать раны, полученные в борьбе со стихией.
Проходя острова Силли, американская 90-футовая Rambler Джорджа Дэвидса и макси Leopard 3 Майка Слейда шли нос в нос. После огибания островов обе яхты неожиданно попали в полосу слабого ветра. На хвосте у них висел новенький 60-футовый PRB победителя последней безостановочной кругосветки одиночек Винсента Риу.
Ветер стал ещё свежее прежнего. Обе макси, уже зарифленные и под малыми стакселями, быстро шли с благоприятным юго-западом. Это была гонка на время – успеть бы достичь Фастнетской скалы до подхода нового фронта, когда ветер зайдёт на северо-запад.
В шесть часов вечера во вторник Rambler огибает скалу, Leopard 3 уходит ей под корму и огибается тремя секундами позже. После переброски шкотов на траверзе Фастнетской скалы Leopard резко уходит вперёд. Уже через 70 минут у скалы отметился первый 60-футовик – PRB. Удивительно: всего два яхтсмена на протяжении почти 400 миль боролись с 90-100-футовыми макси, где экипажи по 24 человека.
Возглавляющие гонку макси были далеко впереди, когда во вторник поздно вечером ветер стал заходить согласно прогнозу и ещё усиливаться. Подхватив «Леопарда», он принёс его в Плимут рано утром в среду. На гонку были затрачены 1 сутки 2 часа и 18 минут – новый рекорд для однокорпусного судна. Предыдущее время Росса Филда и RF Yachting (1999 г.) было улучшено сразу на 8 часов 50 минут! Для Слейда это была приятная новость в канун 60-летия. В Плимуте его встречала бОльшая часть из 180 яхт, сошедших на тот момент с дистанции.
А в это время в Ирландском море ветер и волна устанавливались с нового направления, малым яхтам вновь пришлось несладко. Многим, особенно серединке растянувшегося флота, хорошо доставалось на беспорядочно вздымающемся перекрёстном волнении. Некоторые участники после гонки признавались: им казалось, будто лодки вот-вот развалятся.
Вечером в среду через финишную линию весь в пене промчался Chieftain Гера О'Рурка. Его результат в двое суток и семь часов оказался, с учётом исправленного времени, лучшим. Сорокашестилетний О'Рурк, владелец небольшой строительной компании, в этом году уже успел выиграть в своём классе Сидней-Хобарт и стать четвёртым на регате Кей-Вест в США. Экипаж победителя был разношерстным, из местных, включая 18-летнюю дочь и навигатора-профессионала Йохема Виссера. Проблемы и их не обошли стороной: беспокоило состояние яхты в такой катавасии, да и грот. «Мы знали, – говорил потом О'Рурк, – что если попадём к скале вовремя, то поймаем шестичасовой благоприятный заход и вернёмся с попутным ветром».
Яхты сходили и сходили с дистанции, пока их число не достигло 211. Некоторые, дрейфовавшие у Фалмута в ожидании лучшей погоды в Ирландском море, впоследствии вынуждены были лавироваться 170 миль до Фастнетской скалы.
Церемония награждения прошла в пятницу, хотя некоторые экипажи ещё были в море. Примечательно, что ни одна из 211 яхт не стала продолжать гонку после захода в порт, хотя правила это допускают. В Фастнетской гонке нет ограничений по времени.
По окончании регаты у многих наблюдателей, да и самих участников, неоднократно возникал вопрос: почему столько сходов? Ведь многие могли бы разумно рискнуть и продолжить гонку, пусть и затратив больше времени и сил на дистанции. «Хорошая морская практика» – вполне достойный и правильный ответ на поставленный вопрос. Не уверен – не рискуй собой и людьми. Однако возможная отгадка кроется в том, что в современной действительности жизнь человека стала цениться намного дороже. Людей, готовых идти навстречу опасности, сорвиголов, становится всё меньше и меньше – налицо спад пассионарности.

* В 2005 году Anna, принадлежащая петербуржцу Сергею Покровскому, заняла в общем зачёте 230-е место. А впервые россияне «отметились» на скале в 1997 году, когда на старте Фастнетской гонки появились многокорпусники. Блестяще выступил 9-метровый «Газпром» проекта Ivan-30 конструктора и капитана Виталия Белякова. На гонке 1999 года Виталий закрепил свой успех.


Исторические вехи
1925. Первая гонка, стартовавшая из Райда. 7 участников (в большинстве старые круизные яхты), 4 финишёра. Победитель – 56-футовый лоцманский тендер Jolie Brise – был в море 6 дней 14 часов и 45 минут. По окончании гонки организован Королевский океанский гоночный клуб.
1931. 17 участников, 15 на финише. Выиграла американская яхта Dorade по проекту Олина Стефанса. Погиб один человек, смытый за борт на яхте Maitenes II.
1947. 29 участников, 9 финишеров. Победил Джон Иллингворт на Myth of Malham проекта Лаурента Джайлза.
1957. 41 участник, 12 на финише. Яхты попали в штормовую погоду, начавшуюся с бури. Чтобы добраться до финиша, им пришлось пройти шесть депрессий.
1979. 303 стартовало, 105 закончили гонку. В Ирландском море флот накрыл шторм силой 10 баллов по шкале Бофорта. 23 яхты были покинуты экипажами, 15 человек погибло. После гонки проведено расследование и радикально пересмотрены положения по минимальным требованиям к спасательному оборудованию.
1999. 216 участников, 177 финишировало. Шли в регате и многокорпусные суда. Росс Филдс на 80-футовой RF Yachting установил рекорд прохождения гонки в двое суток и пять часов. Для многокорпусных лодок рекорд составил 1 сутки и 16 часов – Люк Пейрон на 60-футовом тримаране Fuji colour.
2007. 271 на старте, только 60 прошли всю дистанцию. Самый низкий процент финишировавших. Впервые каждые полчаса яхты отслеживались рейс-трекерами, данные размещались в Интернете он-лайн.


Впечатления участников:

  • Майк Слейд (100-футовая супер-макси яхта «Леопард-3», первый на финише, установлен новый абсолютный рекорд времени): «Leopard придавал нам уверенности, яхта просто восхитительна. Всю гонку мы шли на 95% от возможного. Но нынешняя Фастнет – отдельная история. Для начала у нас упал в воду геннакер, пришлось повозиться. У мыса Лизард в полной темноте нам казалось, будто всех чертей в аду спустили с цепей. Очень и очень неприятно – порывы до 40 узлов. Начиналось то, о чём предупреждал гоночный комитет. В таких условиях многие экипажи дважды подумали, перед тем как продолжить гонку. С нами наиболее удивительный эпизод произошёл в Ирландском море: несясь на скорости в 30 узлов, мы внезапно остановились, совсем обезветренные. Мистическая «ветреная яма» – ветра ноль. В ней мы проторчали целых пять часов, не зная, где наши ближайшие соперники. И только начали двигаться, как подрезали акулу, потратив в итоге полчаса на освобождение киля от 5-футовой твари. Затем потекла гидросистема, всё было в парах бензина и дизеля. Пока со всем разобрались, время шло, но всё же у скалы мы только на три секунды отстали от Rambler. Ну а потом рванули на финиш, уже без проблем».
  • Джейсон Пейни-Джеймс (яхта Heartbeat 3 of Burnham, проект Dufour 44, вернулся в Плимут со сломанным релингом): «Гонка проходила жутко. Мы только прошли первые 100 миль и уже были вынуждены покинуть дистанцию. Перед стартом мы, безусловно, осознавали, на что идём. Здраво оценивали возможности нашей яхты и экипажа. Всё было на первый взгляд отлично. Очень внимательно следили за изменением погоды. Ночью было ужасно темно, бакового невозможно различить. Шли под двумя рифами и штормовым стакселем. Ещё вечером потеряли фал, а баковый на волне влетел в носовой релинг, выворотив его. Зная, что после огибания мыса Лэндс-Энд будет ещё хуже, мы, хоть это и печально признать, решили сойти. Двадцать яхт участников, уже стоявших в Плимуте, подтвердили нашу правоту. Вновь стартовать и таки закончить гонку планируем через два года».
  • Кен Ньюмен (яхта Grandee, проект Swan 51, штурманом прошёл 25 Фастнетских гонок): «Я пропустил Фастнет только в 1999 году, по не зависящим от меня причинам. Поскольку имеется такой богатый опыт, то меня часто спрашивают о самой тяжёлой регате. Без сомнения, это гонка 1957 года. Тогда из Солента в бурю стартовала 41 яхта. В течение восьми дней мы прошли через шесть депрессий. Помню, пришлось заходить в Бриксгем за двумя фаловыми блоками. Финишировали последними, двенадцатыми. Прошёл я и Фастнет-79. Когда возвращались от скалы на 10 узлах, на руле у нас сидел самый крепкий из команды. И вот во время удержания яхты от брочинга, при парировании штурвалом сломался руль. Мы лежали на борту сутки. Потом, заведя спинакер-гики на корму, под мотором пошли в Корк. Было очень трудно. Тогда единственный раз я не закончил Фастнет. Считаю, что в Фастнетской гонке важны два правила: безопасность и необходимость держаться дальше от берега, чтобы в случае чего был запас времени. Вот и в этот раз мы шли консервативно и с рассудком, в проливе держась середины Ла-Манша. Такой подход позволил нам переместиться со 157-го места на 40-е. Это не тактика, просто разумная морская практика. И напоследок совет: никогда не покидайте яхту, если она не начала тонуть. Не стоит спешить воспользоваться спасательным плотом».

Гонка 1979 года
До сих пор за всю историю Фастнетских гонок не было каких-либо серьёзных происшествий. Но в 1979-м почти на всей дистанции (от островов Силли до скалы Фастнет) ветер достигал 10 баллов, временами порывами ураганной силы усиливаясь до 60 узлов. Циклон, подошедший к проливу Св.Георга (между Ирландией и Великобританией), принёс южные ветры, которые затем повернули на запад и северо-запад. Большинство участников отмечали, что очень быстро возникли исключительно крутые и неправильные волны различных направлений. Это волнение для растянувшегося между островами Силли и скалой Фастнет флота оказалось роковым – погибло 15 человек, затонуло 5 яхт, покинуто экипажами 19 яхт (впоследствии они были найдены). Никогда до этого за всю историю парусных регат в течение девяти часов не происходило такого количества бросков на борт, опрокидываний и переворотов оверкиль. Подробно рассказать о судьбе каждой яхты в этом шторме невозможно. Малые яхты пострадали сильнее, однако перевернулись и три из 14 самых крупных яхт. Удары волн повреждали рубки и палубы, ломали мачты и заливали внутренние помещения. Выходили из строя рули, хотя более чем у половины яхт поломка руля связана с его неудачной конструкцией и применением нового тогда материала – углепластика. Поломка баллера руля в конечном счёте привела к гибели людей на двух яхтах. Около половины судов, попавших в шторм, были брошены на борт, а одна треть ушла мачтами под воду. Многие яхты переворачивались на 360 градусов и ломали при этом, как правило, мачты. Из 58 яхт, стартовавших в самом младшем классе, гонку закончила только одна – Essent (проект Contessa-32). Contessa-32 до сих пор пользуется заслуженным уважением, поскольку имеет большой диапазон положительной остойчивости.
Безопаснее всего было идти под глухо зарифленным гротом или триселем и небольшим штормовым стакселем, а при полном курсе – только под штормовым стакселем. Однако большинство капитанов малых яхт решили, что это особо опасный шторм, в котором надо бороться за живучесть. Использованный при этом тот или иной способ штормования зачастую не соответствовал ситуации.
Такие штормы, как наблюдавшийся 13-14 августа 1979 г., случаются редко. Очень похожий шторм прошёл в Ирландском море в 1970 г. почти в те же дни – 15-16 августа. Но в тот год Фастнетская гонка не проводилась. С метеорологической точки зрения этот шторм – загадка, так как ни до, ни во время его прохождения не проявлялись основные свойства, присущие глубокому циклону. Необычность шторма заключалась во внезапных усилениях ветра и коротком беспорядочном волнении. Яхтсмены подтверждали, что волнение было очень странным – не столько большИм, сколько беспорядочным. Отличительной особенностью волн была большая крутизна и малая длина, временами порядка нескольких корпусов яхты. Такое волнение может образовываться при сильных резких порывах, длящихся дольше, чем обычно. Обычный порыв не успевает развить новую систему волн. Продолжительные порывы могут возникать, когда вихрь, расположенный на высоте нескольких сот метров, создаёт опускающийся турбулентный поток воздуха, который складывается с сильным ветром, дующим вокруг основного центра.
Спасти экипаж яхты в таком светопреставлении было чрезвычайно трудно, многие считали, что даже невозможно. Тем не менее участниками гонки было проведено три успешных спасательных операции. Об этом подробнее.

Случай с Griffin
Одна из самых драматичных историй произошла с 34-футовой учебной яхтой Griffin Королевского яхт-клуба. На ней обычно проходили практику гонок в открытом море, что предполагалось сделать и тогда. В ту злополучную ночь с 13 на 14 августа штурманом яхты был Стюарт Кворри, обязанности капитана исполнял Нейл Грэхэм. Griffin проекта-монотип OOD34 (Offshore One-Design) вместе с другими «одноклассниками» пыталась, как могла, противостоять шторму экстраординарной силы.
Неприятности, как водится, шли по возрастающей. Для начала (по независящим от команды Griffin причинам) на борту не оказалось столь необходимых впоследствии карт побережья Ирландии. Когда Кворри увидел метеосводку на предстоящую ночь, он сначала не поверил: юго-запад с переходом на северо-запад 10-11 баллов, возможно 12! Надо было принимать принципиальное решение. Решили прекратить гонку. Но что делать дальше? Искать ли укрытия у берегов Ирландии или штормовать в море? Не зная побережья и время ожидаемого захода ветра, решили встретить шторм в море. Уменьшили парусность до штормового стакселя, но и под ним Griffin с такой скоростью глиссировала на волнах, что рулевой с трудом контролировал серфинг. Пошли под рангоутом. Кворри подобрал подходящее положение руля и закрепил его, команда спустилась в каюту. Однако через полчаса большая волна закрутила яхту в водовороте. Кворри выбросило из яхты, карабин страховочного пояса, пристёгнутый к основанию пиллерса, открылся и он оказался в свободном плавании. Было около 1.30 ночи. Словно во сне, Кворри заметил яркий свет аварийного буя в 20 или 30 метрах. Подплыв, он увидел перевёрнутую Griffin. Из-под кокпита вынырнул жадно хватающий воздух Грэхэм. Вдвоём они взобрались на днище и совершенно бессодержательно обсуждали создавшуюся ситуацию, пока другая волна не вернула яхту в нормальное положение. Пересчитав «головы» и убедившись, что потерь нет, оценили обстановку. Воды в яхте было до уровня палубы. После попытки откачать её Грэхэм решил, что безопаснее будет покинуть судно, не ожидая, пока оно пойдёт ко дну. Кворри согласился. Без труда спустили восьмиместный спасательный плотик. Захватив пачку парашютных сигнальных ракет, отвалили. Ко всеобщему удивлению на плоту не оказалось плавучего якоря. Распределившись по периметру плота, экипаж обречённой Griffin попытался придать ему устойчивости. Запустили одну ракету и без особой надежды на результат приготовились ждать рассвета. Минут через тридцать большая волна перевернула плот. Пока восстанавливались, потеряли тент, оставшись открытыми для стихии и сидя в воде до подмышек. И только тогда увидели, что один из членов команды без непромоканца – переодевался в момент переворота. Теперь он находился в полукоматозном состоянии от гипотермии.
Проведя около получаса на воде, заметили топовый огонь яхты… Lorelei (проект She 36) Алена Катрино шла гоночным курсом при ветре 50 узлов под стакселем №4 с тремя полками рифов на гроте. При курсе 90 градусов к вымпельному ветру команде внутри яхты казалось, что они всё время серфингуют. Приблизительно в 2.30 Lorelei была в 30-40 милях от маяка Фастнетской скалы. Неожиданно находящиеся на палубе зафиксировали огонь сигнальной ракеты примерно в полумиле с подветра. Срочно срубили стаксель. К этому времени ветер стал заметно порывистей – анемометр показывал до 60 узлов. Под зарифленным гротом спуститься вниз особого труда не составило. С первой попытки промахнулись и потеряли горящий фальшфейер из виду. Со второй смогли различить два небольших огня над чем-то тёмным. Поворот прошли в трёх метрах выше плотика, бросили конец – неудачно. Спасаемые пытались поймать его, но вместо этого двое оказались в воде, товарищи помогли им взобраться обратно. На Lorelei рубят грот и заводят 12-сильный двигатель. После семи или восьми неудачных попыток вновь «петля»: сначала против ветра, поворот, по ветру… Плотик теряли, потом неожиданно он вновь возникал. В конце концов удалось приблизиться метров на 25 с дальнейшим сближением. Почти у плотика Ален врубил реверс и только благодаря винту с переменным шагом Lorelei остановилась. Вновь подали конец, на этот раз удачно. Обессиленные яхтсмены мёртвой хваткой уцепились за Lorelei, плотик унесло ветром и волнами. Пострадавших с трудом втащили на борт. Когда спасательная операция была закончена, было уже 4 часа утра. Катрино чувствовал себя смертельно уставшим. Семь спасённых яхтсменов заметно перегрузили яхту. Восемь часов она дрейфовала под рангоутом, а потом дошла своим ходом до Плимута.
Griffin в конце концов затонула недалеко от Фастнетской скалы, в очередной раз встав на ровный киль. Яхте Lorelei было присуждено второе место в своём классе за то, что она отказалась от гонки ради спасения людей. Позже Ассоциация яхтенных журналистов назвала Катрино яхтсменом года. Он и его команда были награждены медалью Королевского яхт-клуба "За мореходное искусство" за выдающееся проведение спасательной операции и проявленное мужество. Впоследствии Лорен Бэгли написал картину, посвящённую спасению экипажа Griffin, которая по праву украшает один из залов Королевского яхт-клуба в Лондоне.

Борис ПОСТНИКОВ, по материалам:

  • Yachting World 2004, 2007.
  • Jack Coote, Paul Gelder. Total Loss: A Collection of 45 First-Hand Accounts of Yacht Losses at Sea. Sheridan House; 2nd edition, 2002, 320 p.
  • John Rousmaniere. Fastnet, Force 10: The Deadliest Storm in the History of Modern Sailing.W. W. Norton & Company, 2000, 288 p.
  • К. Адлард Колс. Под парусом в шторм. Пер. с англ., Ленинград, "Гидрометеоиздат", 1985 г.
  • www.rorc.org